История ареста Генриха Густавовича Нейгауза

История жизниГенриха ГуставовичаНейгауза

«Кто в двадцатые — тридцатые годы слушал эти выступления Нейгауза, — пишет Я. И. Мильштейн, — тот на всю жизнь приобрел нечто такое, чего не выскажешь словами. Нейгауз мог играть более или менее удачно (он никогда не был пианистом ровным — отчасти из-за повышенной нервной возбудимости, резкой смены настроений, отчасти из-за примата импровизационного начала, власти мгновения). Но он неизменно притягивал к себе, воодушевлял и вдохновлял своей игрой. Он был всегда иным и в то же время одним и тем же художником-творцом казалось, что он не исполнял музыку, а здесь же, на эстраде, ее созидал. Не было ничего искусственного, шаблонного, скопированного в его игре.

Он обладал удивительной зоркостью и душевной ясностью, неисчерпаемой фантазией, свободой выражения, умел услышать и выявить все потаенное, скрытое (напомним хотя бы о его любви к подтексту исполнения «… надо вникать в настроение — ведь именно в этом, едва уловимом и не до конца поддающемся нотной записи, вся сущность замысла, весь образ… »). Он владел нежнейшими звуковыми красками для передачи тончайших оттенков чувства, тех неуловимых колебаний настроения, которые для большинства исполнителей так и остаются недоступными. Он и подчинялся исполняемому, и творчески его воссоздавал.

Он весь отдавался чувству, которое порой казалось в нем беспредельным. И вместе с тем был взыскательно строг к себе, относясь критически к каждой детали исполнения. Он сам как-то признавался, что «исполнитель — сложное и противоречивое существо», что «он и любит то, что исполняет, и критикует его, и подчиняется ему всецело, и перерабатывает его по-своему», что «в иные минуты, и не случайно, в душе его господствует… суровый критик с прокурорскими наклонностями», но что «в лучшие минуты он чувствует, что исполняемое произведение — как бы его собственное, и он проливает слезы от радости, волнения и любви к нему»

Дом, где родился Генрих Нейгауз. Кропивницкий.

Дом, где родился Генрих Нейгауз. Кропивницкий.

Быстрому творческому росту пианиста во многом способствовало его общение с крупнейшими московскими музыкантами — К. Игумновым, Б. Яворским, Н. Мясковским, С. Фейнбергом и другими. Большое значение имели для Нейгауза частые встречи с московскими поэтами, художниками, литераторами. Среди них были Б. Пастернак, Р. Фальк, А. Габричевский, В. Асмус, Н. Вильмонт, И. Андроников. 

В статье «Генрих Нейгауз», опубликованной в 1937 году, В. Дельсон пишет «Есть люди, профессия которых совершенно неотделима от их жизни. Это энтузиасты своей работы, люди кипучей творческой деятельности, а жизненный путь их — сплошное творческое горение. Такой — Генрих Густавович Нейгауз. 

Да и игра Нейгауза такова, как он сам, — бурная, активная, а наряду с этим организованная и продуманная до последнего звука. И за фортепиано возникающие в Нейгаузе ощущения словно бы «обгоняют» ход его исполнения, и в его игру врываются нетерпеливо-требовательные, властно-восклицательные акценты, и всё (именно всё, а не только темпы!) в этой игре неудержимо стремительно, исполнено гордой и дерзновенной «победительности», как очень удачно сказал однажды И. Андроников». 

В 1922 году произошло событие, определившее всю дальнейшую творческую судьбу Нейгауза он стал профессором Московской консерватории. В течение сорока двух лет продолжалась его педагогическая деятельность в этом прославленном вузе, давшая замечательные результаты и во многом способствовавшая широкому признанию советской фортепианной школы во всем мире. В 1935—1937 годах Нейгауз был директором Московской консерватории. В 1936—1941 годах и начиная с 1944 года до самой смерти в 1964 году — заведующим кафедрой специального фортепиано

Только в грозные годы Великой Отечественной он вынужден был приостановить свою педагогическую деятельность.

«В июле 1942 года я был направлен в Свердловск на работу в Уральскую и Киевскую (временно эвакуированную в Свердловск) консерватории, — пишет в своей автобиографии Генрих Густавович. — Там я пробыл до октября 1944 года, когда был возвращен в Москву, в консерваторию. Во время пребывания на Урале (кроме энергичной педагогической работы) я дал много концертов в самом Свердловске и в других городах Омске, Челябинске, Магнитогорске, Кирове, Сарапуле, Ижевске, Воткинске, Перми». 

Романтичное начало артистизма музыканта сказывалось и в его педагогической системе. На его уроках царил мир окрыленной фантазии, раскрепощавшей творческие силы молодых пианистов. 

Могила Нейгауза на Новодевичьем кладбище Москвы.

Могила Нейгауза на Новодевичьем кладбище Москвы.

Начиная с 1932 года, многочисленные питомцы Нейгауза завоевывали премии на самых представительных всесоюзных и международных конкурсах пианистов — в Варшаве и Вене, Брюсселе и Париже, Лейпциге и Москве.

Школа Нейгауза — могучая ветвь современного фортепианного творчества. Какие разные артисты вышли из-под его крыла — Святослав Рихтер, Эмиль Гилельс, Яков Зак, Евгений Малинин, Станислав Нейгауз, Владимир Крайнев, Алексей Любимов. 

С 1935 года Нейгауз регулярно выступает в прессе со статьями, посвященными актуальным вопросам развития музыкального искусства, рецензирует концерты советских и зарубежных музыкантов. В 1958 году в Музгизе вышла его книга «Об искусстве фортепианной игры. Записки педагога», неоднократно переиздававшаяся в последующие десятилетия. 


«В истории русской пианистической культуры

«В истории русской пианистической культуры Генрих Густавович Нейгаузявление редкое, — пишет Я. И. Мильштейн. — С именем его связано представление о дерзаниях мысли, пламенных взлетах чувства, удивительной многогранности и в то же время цельности натуры. Тому, кто испытал на себе силу его таланта, трудно забыть его поистине вдохновенную игру, которая дарила людям столько наслаждения, радости и света. Все внешнее отступало на задний план перед красотой и значительностью внутреннего переживания. Не было в этой игре пустых мест, шаблонов и штампов.

Она была исполнена жизни, непосредственности, подкупала не только ясностью мысли и убежденностью, но и неподдельностью чувства, необыкновенной пластичностью и рельефностью музыкальных образов. Нейгауз играл предельно искренне, естественно, просто и вместе с тем на редкость горячо, страстно, самозабвенно. Душевный порыв, творческий подъем, эмоциональное горение были неотъемлемыми качествами его артистической натуры. Проходили годы, многое старело, становилось блеклым, обветшалым, но его искусство, искусство музыканта-поэта, оставалось молодым, темпераментным и окрыленным»

Видео

Династия

Сегодня династия Нейгаузов является редким примером семейного таланта, передаваемого из поколения в поколение. Густав Нейгауз стал основоположником династии. Его величайший сын Генрих прославил семью благодаря своему исполнительскому и педагогическому труду. Его сын Станислав стал также пианистом. Его отличала мягкость характера и фантастическое семейное упорство в работе. Его манера исполнения была построена на тончайшем чувствовании музыки, ее содержания. Он стал одним из ярчайших представителей фортепианной школы своего отца, воплотивших его заветы на практике. Генрих и Станислав Нейгаузы стали лучшими исполнителями Шопена в мире.

У Станислава родились двое детей: дочь Марина и сын Генрих. Станислав Нейгауз, как и его отец, преподавал пианистическое искусство и немало души вложил в своего сына. Генрих Нейгауз-младший стал продолжателем династии, он также вырос в значительного мастера фортепианной музыки, также много работает в качестве музыкального критика.

Интересные факты

Интересные факты

Нейгауз Генрих Густавович, интересные факты из жизни которого преимущественно связаны с музыкой, прославился тем, что исполнил все произведения Шопена, некоторые из них в разных редакциях.

Нейгауз принадлежит к редким в музыке династиям, где уровень мастерства представителей разных поколений остается практически на неизменно высоком уровне. Генриху Нейгаузу посвящали свои стихи Б. Пастернак и О. Мандельштам, с которыми он тесно дружил.

Во время своих занятий музыкой Нейгауз не терпел чьего-либо присутствия рядом. Чаще всего он занимался на даче и требовал, чтобы в этот момент в доме никого не было. Причем заниматься он предпочитал по ночам, так как был совой.

Теги

Adblock
detector